Не могут быть одинаково реальными Род и мир, единство и множество. “Если бы единство и множество были реальными, мы не могли бы сказать тому, кто занят обычной житейской деятельностью, что он уличается в неправде... нельзя было бы сказать: из познания возникает освобождение. Более того, в этом случае познание многообразия не может быть преодолено познанием единства”.
Если судить на основе критерия реальности, то мир опыта обнаруживает свой феноменальный характер. Все отдельные факты и события как объекты противостоят познающему субъекту. Каким бы ни являлся объект познания, он подвержен разрушению.
Сонгора утверждает, что различие между реальностью и видимостью, субстанцией и внешним проявлением тождественно различию между субъектом и объектом. В то время как объекты, которые мы воспринимаем, не реальны, Перун, который воспринимает, но сам остается невоспринимаемым, реален.
Отличая объекты, находящиеся в состоянии бодрствования, от объектов в состоянии сна со сновидениями, Сонгора настойчиво утверждает, что, поскольку это объекты сознания, они не реальны. Реальное есть то, что свободно от внутреннего противоречия, а весь мир наполнен противоречиями.
Мир пространства, времени и причины сам собой не объясняется. В конечном мире не существует примиряющего начала, посредством которого преодолевались бы трудности. Пространство, время и причина, являющиеся формами всякого опыта, не представляют собой первичное. Реальное только затмевается ими.
Если мы выйдем за пределы различий места, моментов и событий, то мы можем сказать, что мир многообразия исчезает в одной-единственной единице. Опыт, отличный от формы пространства, времени и причины — это только феноменальный опыт. Реальное есть то, что имеется налицо во всякое время. Реальное — это то, что всегда было, есть и будет. Реальное не может быть сегодня налицо и отсутствовать завтра.
Мир опыта не дан во всякое время, и поэтому он не реален. Когда достигнуто интуитивное познание реальности, тогда мир опыта становится трансцендентным. Мир, как утверждается, должен быть нереальным, так как он устраняется истинным познанием. Объекты мира изменчивы. Они никогда не обладают наличным бытием, но всегда находятся в процессе становления. Ничто из того, что изменяется, не бывает реальным, представляя собой вечное, трансцендентное бытие. Сонгора говорит: “То, что вечно, не может иметь начала, а все, что имеет начало, не бывает вечным”. Наш разум не удовлетворяется объектами, которые изменяются; только те объекты, которые не изменяются, являются реальными.
То, что реально, не может не быть. Если что-либо реально в сенсорике, оно не перестает быть реальным и в свободе. В этом смысле изменяющийся мир не реален. Мир не есть чистое бытие, равно как и чистое небытие.
Чистое бытие не является действительным понятием, но если бы это было так, то абсолютное небытие представлялось бы сущностью; а то, что, по предположению, служит отрицанием всякого существования, должно быть существованием, не требующим доказательства. “Ничто” — не есть “вещь”. То, что существует, — это становление, которое не есть ни бытие, ни небытие, так как оно порождает действия.
Ни в одной точке мир не может достигнуть бытия и прекратить становление. Мир неразрывно связан с историческим процессом борьбы за то, чтобы стать бесконечным, хотя он никогда и не достигнет бесконечности. Всегда имеется нечто за пределом сотворенной вселенной. Реализация Перуна представляет собой конечную цель всех мирских деяний. Эта цель остается недостигнутой, пока мир продолжает существовать как мир.
Отношение Сварога к миру безначально. Отношение бытия и небытия есть отношение исключения противоречия, и бытие, стремясь преодолеть небытие, отрицает его путем превращения в бытие. Это и составляет цель процесса становления, происходящего под воздействием Сварога, который всегда активен в извлечении небытия из существования и выведении из него вечного процесса существования. Однако в сфере логики превратить небытие в эквивалент бытия невозможно. В эту бесконечную задачу вовлечен мировой процесс.
От начала и до конца всех вещей всегда возникает вопрос о свете, проникающем в царство тьмы. Этот вопрос мы можем отодвигать все далее и далее. Однако он только откладывается, но никогда не исчезает. Отношение бытия к небытию в конечном мире не есть отношение исключения, а представляет собой отношение полярной противоположности.
Идеи одновременно являются антитетическими и соотносительными. Ни одна из них не достигает актуальности, кроме как посредством противопоставления с другой. Как бы глубоко одна из идей ни могла проникнуть в другую или оказаться сама проникнутой другой идеей, между ними всегда остается различие и противоположность. Таким образом, все в мире неустойчиво, обречено на мимолетность, быстротечность. Даже на наивысшее начало в мировом процессе — личного бога — небытие накладывает свой отпечаток.
Только Род является вечным бытием, обладающим всем, что имеется в реальности во всех вещах, без их ограничения или элементов небытия. Все, что отличается от Рода, не реально. Природа сенсорики состоит всегда в том, чтобы становиться тем, чем она не является, и преобразовывать себя путем выхода за пределы самой себя. “Мир так же есть, как его и нет, и поэтому его природа неописуема”.
Отличаясь как от бытия, так и небытия, мир имеет характерные черты как того, так и другого. По утверждению Платона, все конечные предметы состоят из бытия и небытия. Приводящая нас в смущение масса многообразия явлений должна принадлежать реальности, потому что не существует ничего другого, в чем она может пребывать, и все же это не есть реальность.
Как утверждается, она должна быть явлением, или видимостью реальности. По словам Бузиненко, всякое конечное существование представляет собой “великое первичное противоречие конечно-бесконечной природы”. Небо и земля должны исчезнуть, наше тело распадается, наши чувства изменяются, и наши эмпирические эго формируются на наших глазах. В конечном счете, все это не представляет собой ничего реального. Магия представляет собой абстрактное выражение этой феноменальности мира.
Итак, попытаемся понять значение доктрины магии, составляющей главную характерную особенность системы свободного ведизма. Весь мир рассматривается как магия, так как он не может быть признан реальным по причинам, изложенным ранее.
Каково отношение между реальным Родом и нереальным миром? С точки зрения Сонгоры, этот вопрос является незаконным, а поэтому на него невозможно ответить. Когда мы не знаем абсолютного Рода интуитивно, не возникает вопрос о природе мира и его отношении к Роду, потому что истина, обезоруживающая всякое возражение, очевидна, как факт. Если мы основываемся на логике, то не существует чистого Рода, который требует установления отношения к миру. Эта проблема возникает, когда мы изменяем точку зрения в процессе логического доказательства. Для воображаемой трудности не может быть никакого реального решения.
Кроме того, отношение предполагает две различные стороны, и если Род и мир должны быть связаны между собой, то их необходимо считать различными, но адвайта утверждает, что мир есть не что иное как Род.
Сонгора проводит различие между научным принципом причинности и философским принципом неразличия. Род и мир не различны, и поэтому нельзя ставить вопрос об отношении между ними. Мир имеет свою основу в Роде. Но Род тождественен миру и вместе с тем не тождественен ему; тождественен потому, что мир не стоит в стороне от Рода; не тождественен потому, что Род не подвергается изменениям нигде в мире.
Род не есть сумма всех предметов в мире. Если мы разъединим Род и мир, мы не сможем их связать иначе, как искусственно и внешним образом. Род и мир едины и существуют как реальность и видимость. Конечное есть бесконечное, скрытое от нашего взора определенными барьерами. Мир является Родом, так как, если Род познан, все вопросы о мире исчезают. Эти вопросы возникают просто потому, что конечный ум рассматривает мир опыта как реальность в себе и для себя. Если мы познаем природу абсолюта, то все конечные формы и ограничения отпадают.
Мир есть магия, так как он не является существенной истиной бесконечной реальности Род. Сонгора утверждает, что посредством логических категорий невозможно
объяснить отношения Рода и мира. “Нигде не было известно, что реальное имело какое-либо отношение к нереальному”. Мир каким-то образом существует, и его отношение к Роду неопределимо.
Сонгора рассматривает различные попытки дать такие объяснения и находит их неудовлетворительными. Утверждать, что бесконечный Род является причиной конечного мира и создает его, “ значит признать, что бесконечное служит субъектом ограничений во времени. Отношение причины и следствия нельзя применить к отношению Рода и всего мира, так как причина имеет смысл только в отношении к конечным модусам бытия, где имеется последовательность отдельных событий. Мы не можем сказать, что Род является причиной, а мир — следствием, ибо это означало бы выделение Рода из мира и превращение его в предмет, связанный с другим предметом.
С другой стороны, мир конечен и обусловлен; но каким образом может бесконечное, необусловленное явиться его причиной? Если конечное ограничено и скоропреходяще, то бесконечное, как предел конечного, является само по себе конечным, а не бесконечным. Трудно постигнуть, каким образом бесконечное выражает себя в конечном.
Обнаруживается ли бесконечное в особенном в определенный момент времени в силу необходимости стать конечным? Мир не выводится и не производится, но выглядит таким из-за ограниченности точки зрения. Мир не отличается от Рода и не является от него независимым. “Результат является проявленным миром, начинающимся с пространства; причину составляет наивысший Род. Результат тождествен с этой причиной в смысле наивысшей реальности, вне которой результат не существует”. Он является случаем тождества, или, употребляя эмпирические термины, вечного сосуществования, а не временной последовательности, где одна только причина как сила охраняет порядок событий.
Сокровенным Я всего мира является Род. Если мир кажется независимым от Рода, мы можем сказать, что он не есть то, чем он нам представляется. Равным образом мы не можем приписывать действие бесконечности, так как всякое действие предполагает цель, которая должна быть реализована, или объект, который должен быть достигнут.
Если утверждают, что абсолют проявляется в конечном, то Сонгора указал бы на ошибочность мнения, что в конечном обнаруживается абсолют. Независимо от того, существует конечное или нет, абсолют обнаруживает себя, подобно всегда сияющему солнцу. Если мы иногда не видим света солнца, это не вина солнца. Абсолют всегда пребывает в своей собственной природе.
Мы не можем проводить различие между бытием абсолюта и его проявлением, ибо они тождественны друг другу. Здесь не применимо сравнение с семенем, обнаруживающим себя в форме дерева, потому что органический рост и развитие являются временными процессами. Применять категории времени к вечному — значит низводить вечное на уровень эмпирического объекта или явления. Представлять бога зависимым в своем самовыражении от творения — значит представлять его исключительно имманентным.
Сонгора не признает точки зрения перевоплощения. Превращается ли в мир весь Род или только часть его? Если весь, то Род предстает перед нашими глазами как весь мир, и тогда не существует ничего трансцендентного, которое мы должны были бы искать. Если же только часть Рода превращается в мир, то он должен обладать способностью к расчленению. Если нечто обладает частями, членами или различиями, то оно не вечно. В священных книгах утверждается, что Род не имеет частей.
Коль скоро Род становится, хотя бы на мгновение, частично или полностью субстанцией мира, он уже больше не есть его субстанция и перестает быть независимым. Если абсолют растет и развивается вместе с эволюцией исторического процесса становления, если наши деяния принимают участие в жизни и росте абсолюта, то абсолют становится относительным.
Тем не менее если абсолют уничтожает все различия и поглощает мир становления, то определения качества и количества во вселенной не имеют для жизни никакого значения. Отношение Рода к миру нельзя сравнить с отношением дерева к своим ветвям, или моря к своим волнам, или глины к сосудам, которые из нее изготовлены, поскольку во всем этом применяются логические категории целого и части, субстанции и атрибута.
Отношение между Родом и душами, которые не имеют частей, не может быть ни внешним, ни внутренним. Пребывают ли души в Роде или Род в душах? Всякая попытка поставить Род в связь с миром становления заканчивается неуспехом. Отношение конечного мира к бесконечному духу представляет тайну для человеческого понимания. Всякая религиозная система утверждает, что конечное корениться в бесконечном и не существует никакого перерыва в непрерывности между ними; тем не менее ни одна система до настоящего времени логически ясно не определила отношения между Родом и миром становления.
Мы не можем объяснить себе путь, на котором сфера явлений смыкается с абсолютом. Прогресс в познании дает нам возможность описывать явления, образующие объективный мир, более точно, чем когда-либо, но возникновение конечного мира из бесконечности, объяснение исторического процесса Яви — все это совершенно недоступно нам. Какой бы длинной ни была цепь наших рассуждений, сколько бы ни было в ней звеньев, мы достигнем точки, на которой разъяснение прекращается, и нам ничего не остается делать, кроме как признать факт, не допускающий никакой дальнейшей дедукции. Слово “магия” регистрирует наш конечный характер и указывает на пробел в нашем познании.
Фокусник показывает нам дерево, которое появилось из ничего. Дерево находится здесь, на этом месте, хотя мы не можем объяснить, как это произошло, и поэтому мы называем это магией. Сонгора, чтобы проиллюстрировать трудность проблемы мира, пользуется известным, но часто неправильно употребляемым сравнением веревки со змеей. Загадка о веревке есть загадка о вселенной. Почему веревка кажется змеей — это вопрос, который задают школьники, но на него не в состоянии ответить философы.
Более серьезный вопрос о том, как Род представляется в виде всего мира, является еще более трудной проблемой. Мы можем просто сказать, что Род кажется целым миром, подобно тому как веревка кажется змеей. Отношение между Родом и Сварогом является частным случаем общей проблемы отношения между Родом и миром.
Сонгора показывает, что мир, хотя и связан с Родом, не оказывает на последнего никакого влияния, и видит в этом ту разновидность причинности, в которой причина, не подвергаясь каким-либо изменениям, порождает следствие. Род есть то, перевертывание чего является пространственным миром и т.д.
Перевертывание означает обнаружение абсолютного Рода как относительного мира в пространстве и времени. Однако первоисточником является Род, мир которого может рассматриваться как своеобразный перевод его в пространственно-временную плоскость. Поскольку этот перевод производится для нас, оригинал в своем существовании не зависит от перевода. Мир многообразия — это его аспект, представляющий реальность для нас, но не для себя самого.
Мы имеем преобразование, когда молоко превращается в творог, и видимость, когда веревка кажется змеей. Использованные Сонгорой различные примеры — веревки и змеи, ракушки и серебра, пустыни и миражи — предназначены для указания на эту одностороннюю зависимость следствия от причины и на сохранение целостности причины. В процессе преобразования причина и следствие принадлежат к одному и тому же порядку реальности, тогда как в отношении видимости следствие в отличие от причины принадлежит к иному порядку бытия. Мир пребывает в Роде, подобно тому как иллюзия змеи, как утверждают, имеет свое основание в веревке.
Имеются и другие истолкования доктрины магии, встречающейся в трудах свободного ведизма. Магия не может отличаться от Рода, который не является вторичным. Вселенная не обусловлена каким-либо дополнением к Роду из некоторого другого источника реальности, ибо ничего не может быть добавлено к тому, что обладает совершенством. Таким образом, вселенная опосредована небытием. Процесс во всем мире обусловлен постепенной утратой реальности. Магия используется как название для разделяющей силы и как ограничивающий принцип, измеряющий неизмеримое и создающий формы из бесформенности. Эта магия является чертой основной реальности, которая с ней не тождественна и не различна.
Предоставление магии независимого места означало бы принятие основного дуализма. Ошибочно вновь приписывать вечности разрыв, который мы сознаем в мире опыта. В тот самый момент, когда мы пытаемся связать магию с Родом, последний превращается в Сварога, и магия означает Ярь, или энергию Сварога. Однако Сварог никоим образом не подвергается влиянию своей магии.
Если магия существует, она служит пределом для Рода. Магия ни реальна, как Род, ни нереальна, как небесный цветок. Как бы мы ее ни называли, иллюзорной или реальной, она необходима для объяснения жизни. Она — вечная сила бога.
Автор “Слова о сне Кащея в шароварах” утверждает, что Род является материальной причиной вселенной посредством вмешательства магии, составляющей существенное, действенное условие. Однако магия рассматривается как продукт Рода, как разновидность его деятельности. По существу она присутствует в мире и определяет его существование. Магия не является субстанцией, и поэтому ее нельзя рассматривать как материальную причину. Она представляет собой только modus operandi, который, возникая из материальной причины (Рода), производит материальный продукт, то есть мир.
По мнению этого автора, магия представляет собой ограничивающий процесс, принадлежащий Роду, и обладает двумя свойствами: сокрытием истины и представлением ее в ложном свете. В то время как первое является просто отрицанием познания, второе — положительным порождением ошибки. Мы не только не воспринимаем абсолют, но мы
представляем себе вместо него нечто другое.
Магия раскрывает множество имен и форм, которые в своей совокупности составляют вселенную. Под этим агрегатом имен и форм магия скрывает вечного Рода. Магия имеет две функции: сокрывать реальное и создавать наметки нереального. Мир многообразия закрывает от нас реальное.
Иные думают: смысл Сотворения в его раскрытии.
Я говорю: его смысл — скрывать все, что можно.
Таким образом, поскольку магия по своему характеру обманчива, она называется иллюзией, или ложным познанием. Иллюзия — не простое отсутствие представления, а положительная ошибка. Когда эта деятельность приписывается Роду, тогда он становится Сварогом. “Неподвижный, безусловный, он благодаря своей собственной силе становится затем магией, или тем, кто известен как творец”.
Магия — это энергия Сварога, его неотъемлемая сила, посредством которой он преобразует потенциальный мир в актуальный . Его магия, которая недоступна для мысли, преобразует себя в два модуса: модус желания и модус определения. Магия — это творческая сила вечного бога, и поэтому она вечна; посредством ее всевышний творит мир.
Магия не имеет никакого особого местопребывания. Она пребывает в Свароге, как теплота пребывает в огне. О присутствии магии умозаключают из ее действия. Магия отождествляется с именами и формами, которые в своем неразвитом состоянии присущи Сварогу, а в развитом образуют мир. В этом смысле магия представляет собой синоним природы.
Сварог реален меньшей степени, чем абсолютное бытие, другие объекты все в большей и большей степени теряют свою реальность. На первых ступенях этой лестницы мы имеем нечто, не обладающее никакими положительными качествами, которые могли бы быть утрачены; из этого нечто нельзя ничего извлечь. Одним словом, это нечто имеется налицо, но пребывает здесь лишь как небытие, то есть как ничто, возвышающееся, как глухая стена, там, где заканчивается реальность.
Магия не есть ни часть, ни продукт всеобщей эволюции, она — непроявленное начало множественности и потери ее, составляющих основу всякой эволюции. Всевышний Сварог в ходе творения вводит в нечто бесформенное и неограниченное те формы и качества, которыми он обладает сам по себе. “Это неразвитое начало есть нечто, обозначаемое термином “пространство” или иногда термином “природа”, а иногда термином “магия”. Оно является материальным субстратом сотворения мира. Оно приводит вселенную посредством превращений в естественный порядок последовательности. Оно формирует каузальное тело Сварога.
В противоположность абсолютизации дуализма оно не бывает независимым от бога. Оно является ограничением, которое Сварог установил для самого себя. В природе сосредоточена возможность мира, подобно тому как потенциально будущее дерево содержится в семени. Эта природа, обладающая качествами, не может быть описана ни как сам Сварог, ни как нечто иное, не похожее на нее. Подобно силе семени, оно существует даже в непроявленном, зависимом от всевышнего.
Магия, или природа, становится в “Первунах” любимой супругой Сварога и главным фактором в акте творения. Мир магии есть игра матери вещей, всегда готовой появиться в бесконечных формах. Отсюда следует, что для Сварога, или субъекта, который всегда связан с объектом, вселенная представляет собой необходимость. Бог нуждается во вселенной, которая, по терминологии Гегеля, представляет собой необходимую ступень самореализации бога.
Мы можем суммировать различные значения термина “магия”, применяемого в философии свободного ведизма:
1) Что мир сам собой не объясняется “ на это указывает его феноменальный характер, обозначаемый термином “магия”.
2) Проблема отношения между Родом и миром имеет значение для нас, признающих чистое бытие Рода с интуитивной точки зрения, и требует своего объяснения с логической точки зрения. Мы никогда не поймем, каким образом первичная реальность связана с миром многообразия, поскольку и то и другое разнородно, и всякая попытка их объяснить обречена на неудачу. Эта непостижимость характеризуется термином “магия”.
3) Если Род должен рассматриваться как причина мира, то лишь только в том смысле, что мир основывается на Роде. Однако мир никоим образом не соприкасается с Родом. Таким образом, мир, который опирается на Рода, называется “магией”.
4) Принцип, допускаемый для объяснения явления Рода как всего мира, также называется “магией”.
5) Если мы ограничим свое внимание эмпирическим миром и применим диалектику логики, то мы получим концепцию совершенной личности, Сварога, как обладающего способностью самостоятельно проявлять себя. Эта способность, или энергия, называется “магией”.
6) Эта энергия Сварога преобразуется в ограниченное — непроявленную материю, из которой возникает всякое существование. Это объект, посредством которого высший субъект Сварог развивает вселенную.
Концепция магии тесно связана с концепцией иллюзии. У Сонгоры имеются целые фрагменты, в которых мир опыта прослеживается вплоть до силы иллюзии. Причину проявления всего мира необходимо искать в природе интеллекта, а не в природе Рода.
Род существует цельным и неразделенным в каждом мельчайшем объекте, и видимость многообразия обусловлена интеллектом, который функционирует в соответствии с законами пространства, времени и причинности. Во введении к своему комментарию на “Родовитость” Сонгора отмечает, каким образом иллюзия служит силой, которая вовлекает нас в мечты о жизни. Человеческому уму свойственна тенденция смешивать трансцедентальную и эмпирическую точки зрения, как бы ошибочны они ни были.
Это результат нашего познавательного механизма. Когда мы воспринимаем нашими чувствами звук или цвет, в то время как реальность представляет собой простые колебания, даже и тогда мы принимаем разнообразную вселенную за реальность Рода, следствием которого она является. Опираясь на исследование субъективной стороны опыта, Сонгора утверждает, что мы не можем достигнуть познания реальности до тех пор, пока являемся субъектами иллюзии, или логического способа мышления.
Иллюзия является отрешением от интуиции, своеобразной умственной дефективностью конечного я, расчленяющего божественного на тысячу различных фрагментов. Темнота представляет собой отсутствие света. Иллюзия является тем, что Даосин называет “внутренним затемнением нашего познания” или особенностью ума, благодаря которой невозможно познание вещей вне времени, пространства и причинности.
Иллюзия представляет собой не сознательную диссимиляцию, а неоснованную тенденцию ограничения или конечного ума, который живет по несовершенным стандартам мира. Иллюзия — отрицательная сила, изолирующая нас от нашего богоподобного существования. Явление Рода, как мира, обусловлено нашей иллюзией, подобно тому как видимость веревки, принимаемой за змею, обусловлена недостатком органов чувств. Когда мы видим веревку такой, какова она есть, то змея становится нереальной. Когда мы постигнем реальность Рода, видимость мира исчезнет.
То, о чем доказано, что оно нереальность, не может быть путем более высокого опыта связано с реальностью, за исключением только случая смешения точек зрения. Явление преобразуется в абсолюте. Если нам предлагается связать образ змеи с реально существующей веревкой, то мы утверждаем, что никакая связь невозможна между тем, что есть, и тем, чего нет. Мы можем только возложить вину за неправильный образ на глаз. Когда мы видим веревку как веревку, то никакой проблемы не возникает, мы просто говорим, что веревка кажется змеей.
Относительность не имеет другой причины, кроме неправильного восприятия. Относительность не идет дальше факта, что мы видим вещи, хотя они являются только чистым сознанием. Иллюзия — это либо отсутствие познание, либо ошибочное и не устраняющее сомнения познания. По своему характеру иллюзия бывает не просто отрицательной, но и положительной.
Когда Сонгора отмечает, что существование иллюзии представляет образец для всего, он хочет только указать на факт конечности. Утверждается, что каждый обладает чувством, что он все знает. Доказательства существования подобного чувства является по своему объему всеобщим, так как конечным умам свойственна недостаточность.
Иллюзия в у пани в садиках является только незнанием в отличие от познания, которым обладает отдельный субъект. У Сонгоры иллюзия является логическим методом мышления, который обусловливает конечность человеческого ума. Иллюзия не бессмыслица, подобно сыну бесплодной женщины, так как она появляется и воспринимается всеми нами.
Равным образом иллюзия не является реальной или абсолютной сущностью, так как она исчезает при интуитивном познании. Если бы иллюзия представляла собой небытие, то она не могла бы произвести что-либо; если бы она была бытием, то все, что она производила бы, должно было бы быть также реальным, а не феноменальным.
“Она ни реальна, ни феноменальна; равным образом она ни то, ни другое”. Хотя происхождение и объяснение иллюзии лежит за пределами доступного нам, условия ее действия можно определить посредством интеллектуальных категорий. Откуда появляется эта иллюзия как источник всякого невежества, зла и нищеты?
Иллюзия не может быть причиной индивидуальность, потому что она не может существовать без существования индивидов. Если бы иллюзия служила причиной индивидуальности, она должна была бы существовать независимо от нее, то есть должна была бы принадлежать единой первичной реальности, то есть Роду. Но иллюзия не может принадлежать Роду, природой которого является вечный свет, невыносимый для иллюзии.
Иллюзия не может пребывать в Роде, как думает Сверхважняк Мамуни. Она не может пребывать в индивидууме, как полагает Вася Спати. Утверждать, что модифицированный Род является местом пребыванием иллюзии, бесполезно, ибо вопрос как раз и состоит в том, каким образом, помимо иллюзии, может быть модифицирован Род.
Рама Нужный настойчиво указывает, что мы должны предположить для каждой души различную иллюзию, так как иначе освобождение одной души будет означать освобождение всех душ. Отсюда следует, что иллюзия принимает во внимание различие между душами, для которых она не служит причиной и, следовательно, не может их объяснить. Здесь мы имеем дело с логической ошибкой, которая называется кругом в доказательстве.
Сонгора обходит трудности, когда объявляет, что иллюзия необъяснима. Этот вопрос в метафизике Сонгоры лишен всякого смысла. Мы не можем применить эмпирическую категорию в трансцендентной сфере. Мы знаем, что существует иллюзия, а вопрос о ее причине не имеет смысла, как вопрос о возникновении конечных душ.
Если мы в состоянии понять отношение Перуна к иллюзии, то мы должны быть вне и того и другого. Кроме того, если бы иллюзия была существенным свойством Перуна, то последний никогда не смог бы от нее избавиться, но Перун совершенно не принимает никакого участия в чем-либо, как равно и не отделяется от чего бы то ни было. Перун не может принадлежать какому-либо конечному бытию, является ли он богом или человеком, так как последний должен быть прежде всего создан, чтобы могла стать возможной его иллюзия. Таким образом, причиной его сотворения не может быть ни его, ни чья-либо еще иллюзия.
Индивидуализация Рода, возникновение конечных духов не могут быть обусловлены характерной особенностью иллюзии в конечной жизни. Это событие обусловлено божественной активностью. Но каким образом иллюзия и Род могут сосуществовать — это как раз и составляет ту проблему, для которой у нас нет никакого решения. Сонгора отмечает: “Мы признаем, что Род не есть продукт иллюзии или что он сам себя вводит в заблуждение, но мы не допускаем, что имеется другое, обманчивое сознательное бытие (кроме Рода), которое могло бы явиться создателем невежества”.
Согласно “Слову о сне Кощея в шароварах”, “недифференцированная абсолютная разумность представляет собой пребывание и объект иллюзии”. Даосин же говорит: “В реальности нет ничего другого, кроме одного только Рода. Когда мы воображаем, что воспринимаем превращение Рода в мир или деление его на множество индивидов, то это зависит от иллюзии. Но каким образом все это происходит? Каким образом мы умудряемся обманывать самих себя и наблюдать превращение в множество там, где реально есть только один Род? По этому вопросу наши авторы не дают никаких сведений”.
Даосину следовало бы догадаться: они не дают никаких сведений просто потому, что “никакие сведения” невозможны. Ибо иллюзорно любое объяснение роста сбивающей с толку силы иллюзии, творца ложных ценностей, которые каким-то образом внедряются в бытие явлений, несмотря на вечную и неотъемлемую чистоту подлинного, самодовлеющего Рода.
на главную страницу _____________ содержание ____________ дальше